animals

                                                                                                 Игорь Кецельман

                                                                                                       Мертвая зона

                                                                              (Из записок перевозчика животных)

                                             

 Антилопы

        - Гробы и животные без очереди! – крикнул я, протискиваясь сквозь толпу к окошку таможенного инспектора. Люди, недовольно ворча, расступились.

-  Что у тебя? – спросил таможенник.

-  Да антилопы на импортном складе.

-  Давай документы.

        Я поспешно сунул документы в окошко…

        Антилопы были из Голландии. Я получал их для нашего зоопарка.

-  Ты их получи, - сказал заместитель директора.

-  Получу.

        Вместе с кладовщицей (полной женщиной в синем халате) идем по складу аэропорта – огромному помещению с недосягаемо высоким потолком – разыскиваем антилоп. Куда их там поставили? Повсюду ящики, коробки, тюки. А вот и старые знакомые, длинные узкие ящики – гробы. Их два. Стоят вперемешку с тюками челноков. Оформят документы – заберут. Эти два – на складе, а вот гроб с мумией Пирогова поставили в депутатском зале (нынешний VIP). Простоял там два дня. Аэрофлот не пропускал. Требовали свидетельство о смерти.

        А мы идем дальше. Где там антилопы?

       В стороне от остальных грузов я увидел несколько ящиков. По бокам окошки с проволочной решеткой. Из ящиков раздавались слабые крики.

     -         Кто там?

      -   Да не ваши! Обезьяны это, из Сомали. Для института переливания крови. Третий день никто не забирает.

-  Почему?

-  А два ветеринарных врача, что за ними приезжали, один за другим  поумирали. От неизвестных болезней. Заразились от обезьян. Вот никто больше за ними ездить и не хочет. А я к ним и близко не подойду!

-  Так они пить наверно хотят. Третий-то день...

-   А я жить! – ответила кладовщица. – Хватит, уже из-за них страху натерпелась. Слышали, наверно, что у нас год назад было?

      -      Нет.

-    Ночью это случилось. Я как раз дежурила, склад-то у нас круглосуточно работает, прилегла на диванчик поспать, одеялом укрылась. Вдруг, слышу, кто-то идет ко мне, и неуклюже так, с ноги на ногу переваливается. Я обмерла. Ну, думаю, пусть изнасилует, только не убивает. Подошел ближе, смотрю, а он с шерстью и хвостом. Я как закричу! С дивана соскочила, к дверям бросилась, а открыть не могу, сама же заперла, чтобы никто на склад не залез, пока сплю. И ключа никак не найду. Колочусь об дверь, ору… Снаружи охранники сбежались, а ничего сделать не могут – ключей-то у них нет. Пока выбралась, думала, умру. Оказалось, это самец ихний сумел из клетки выбраться (за ними тоже несколько дней никто не приезжал), дверцу как-то открыл, сам вылез и из других клеток самок повыпускал, гарем свой. Я первое время все боялась, не подхватила ли какую заразу? Ведь совсем рядом стоял, черт хвостатый! Вроде обошлось. Год уже прошел. А тогда – целую неделю они у нас на складе прожили. Сидят на балках под самым потолком, хвосты свесят и черешню уплетают. Ее тогда каждый день привозили в открытых ящиках для какого-то магазина. Мы сами ловить обезьян побоялись, вдруг заразимся, как те врачи? Специалистов вызвали. Из цирка и из вашего зоопарка. Целый день они их ловили. Наконец поймали, посадили обратно в клетки и увезли.

        Я вспомнил, действительно, год назад девочек из нашего обезьянника посылали в аэропорт ловить разбежавшихся обезьян. Вот только никто их не предупреждал о погибших ветеринарах.

    -         Не боитесь, что и эти выберутся? – спросил я.

    -         Не выберутся, - уверенно сказала кладовщица. Эти не смогут. – Клетки надежные. Досками забиты.

            Вскоре опять мимо обезьяньих клеток. Криков уже не было слышно. И мы пошли дальше.

        Клетки с антилопами нашлись в дальнем углу склада. Животные, похожие на лошадок, только на голове рога, молча смотрели на нас сквозь решетчатые окошки. Когда оформляли документы, кладовщица предложила: «А может и обезьян заберете?» Я покачал головой. Настаивать она не стала. Сама ведь рассказала…

        Сейчас предлагали обезьян, а в тот раз леопарда. Это когда мы прошлой зимой гориллу получали. Прямо на летном поле, из самолета. Мы тогда долго плутали по аэродрому. Метель, ветер порывами. Вокруг взлетают и садятся самолеты.

       -         Ты только на взлетную полосу не заедь, - просил я водителя.

       -         А откуда я знаю, где она? – отвечал он.

Мы подъехали поближе к зданию аэропорта (его тыльной стороне), у одной из дверей я увидел пограничника.

        -         Не знаете, где 14-я стоянка?

   Пограничник махнул рукой:

       -         Вон туда езжайте.

 Мы подъехали вовремя. Клетку с гориллой как раз спускали из грузового люка самолета. Подхватили ее и поставили к себе в автобус. Запомнились коричневые пальцы обезьяны, вцепившиеся в прутья решетки.

        Вместе с водителем укутали клетку одеялами. Створки дверей автобуса неплотно прилегали друг к другу, оставались широкие щели. Чуть что и воспаление легких горилле обеспечено. Обезьян зоопарк почему-то получал только зимой.

        -  А леопарда не возьмешь? – окликнули меня грузчики и показали на узкий фанерный ящик, покрытый снегом. Метель же.

        -  Два часа здесь стоит. С прошлого рейса. Никто за ним не приезжает. Не ваш? А то, может, заберешь?

       -         Нет, не могу.

       -         Ящик с леопардом стоял в стороне от остального груза.    

      Ветер все кидал и кидал на него снег. Как комья земли на гроб.

       -         Вы бы занесли его в помещение, - сказал я грузчикам.

       -         Ладно, занесем, - ответили грузчики.

  А мы поехали в зоопарк.

И сейчас: клетки с антилопами в машину. Отдал пропуск на воротах. И – в зоопарк.

                                                 Змеи

        На другой день отправляли змей в Бразилию. Ящик со змеями на колени и поехали. В кузов не положишь – замерзнут. Зима. А в кабине маленького бортового уазика только я и водитель. И этого давать не хотели.

          -  У нас с машинами напряг, - сказали мне в дирекции. – Ты на такси отвези, а деньги мы тебе  потом отдадим.

        Через две недели. В зарплату. И еще наверно квитанцию потребуют – от таксиста. С нашей-то дирекцией.

Один из зоопарковцев после клинической смерти (укус змеи, еле откачали) разучился читать и писать. Выписался из больницы, а деньги ему не выдают.

  Распишись.

-   Не могу я…

-   Без твоей подписи не можем.

-   Так пусть хоть жена за меня получит.

-   Пиши доверенность.

  Такси я не поймал. Дали уазик.

Уже собирались уезжать, когда к машине подошел начальниктеррариума (желтое двухэтажное здание на окраине зоопарка – там змеи).

        - Ты с ними посиди до вылета, - сказал он, - проследи, чтобы их на холод не поставили – замерзнут, боюсь. Змеи очень ценные.

-  Вылет – в два ночи.

-  Я знаю, - сказал начальник.

-  Ты что, думаешь, я до двух ночи буду твоих змей задницей 

греть?!

        Начальник молча смотрел на меня.

-  Какие хоть змеи?

-  Серо-буро-малиновые, - ответил он. Повернулся и ушел.

-  Ну и черт с тобой! Поехали, - кивнул я водителю.

Пока ехали по зоопарку, машина все время подскакивала:

дорога неровная, перекопана – новые вольеры строят. Подскакивал и ящик у меня на коленях. Приходилось придерживать его рукой.

        - А ядовитые там есть? – Водитель опасливо покосился на ящик.

-  Есть, наверно.

-  Не выползут они?

-  Да нет. Вон как все упаковано, гвоздями забито. А внутри змеи в мешочках сидят, завязаны там. И еще сверху пенопласта напихали – для тепла. Да и зимой они еле ползают – при такой-то температуре. У них сейчас все движения замедленные.

        Я вспомнил, как в январе мы перевозили змей в новое помещение. Удавов несли в открытом баке. И вдруг один из удавов начал медленно переваливаться через край бака. Наружу. Стоявший рядом зоопарковец просто спихнул его сапогом обратно.

      -         А не задохнутся они в ящике? – снова спросил водитель.

      -         А вон в боках дырочки проделаны, чтобы воздух внутрь проходил.

        Подъехали к выезду из зоопарка. У железных ворот стоял вахтер – старик в рваной телогрейке, седая щетина на щеках.

-  Чего стоишь? – крикнул ему водитель. – Открывай!

Старик ударил кулаком по сгибу локтя:

-  На!

   Но потом подошел к воротам и раскрыл их. Две створки настежь. Езжайте. И мы выехали наружу.

          Когда отъезжали от зоопарка, в боковом зеркальце я видел, как вахтер медленно закрывал ворота. Закроет и к себе в будку пойдет.

  Здание аэропорта – кубик кофейного цвета. Чуть дальше – грузовой склад – тоже кубик, только поменьше. Сюда мы и привезли змей. Несу их прямо на склад (таможню прошел заранее).

Кладовщица, высокая худая женщина в очках, внимательно осматривала ящик, костяшками постучала по фанере – толстая?

 - Да все в порядке, - заверял я ее, - ящик прочный, гвоздями забит, не выберутся.

-  А сетка, - спохватилась кладовщица, - сетка где?

-  И она склонилась к дыркам, проделанным в боках ящика, чтобы воздух проходил. Но и здесь она не смогла ни к чему придраться – все дырки были изнутри затянуты сеткой.

-  Сдавайте на склад, - разрешила она.

Ох и досталось с этой сеткой моему напарнику!.. Строгости на складе начались после ЧП. Какая-то организация отправляла змей. В мешке. И мешок со змеями грузчики в самолете поставили рядом с клеткой, в которой собак везли. А собаки лапами через решетку расковыряли мешок. Змеи расползлись по всему самолету. В кабину к пилотам заползли. Те – лететь отказались. Рейс на пять часов задержали, пока специалисты всех змей не переловили.

        А мой напарник (заменял меня, когда я в отпуск уходил) приехал в аэропорт змей отправлять как раз через день после того случая. Ну ему и устроили!..

        Помню, как он рассказывал зоопарковцам: «Весь ящик простукали – будто тайник искали. Потом говорят: «Без сетки на дырках не примем – змеи выберутся». «Да отверстия крошечные – куда им!» «Все равно – или сетка, или обратно в зоопарк забирайте». Что тут делать? Где я сетку достану? Пошел к диспетчерам, прошу: «Вы мне пару старых, поношенных колготок продайте. Сколько хотите заплачу. Змей не пропускают!» А там девки молодые. Снять колготки стесняются. Наконец одна вышла и новую пару приносит. И денег не взяла.

        Открыл ящик. А там сверху змея лежит. Без мешочка. Длинная такая. И она мне вокруг руки обвилась. Я какую-то палку взял, еле отцепил. А потом колготками изнутри все дырки затянул. Опять крышку гвоздями прибил и к кладовщице – «Принимайте».

        Так змей и отправил. Приехал в зоопарк и начальнику террариума рассказываю, что приключилось, а он меня перебивает: «Змеи улетели?» «Улетели». -  «Молодец. Спасибо». И ушел».

        «Блин! – воскликнул слушавший его зоопарковец. – Да я б на его месте тебе ящик водки поставил!» Напарник усмехнулся: «Ну он же спасибо сказал».

        Тогда он намучился. А сейчас обошлось без приключений. Только таможенник спросил:

     -         Что там у вас?

     -         Да змеи. Кобры с гюрзами. Хотите досмотреть? – протянул ему ящик.

     -         Уйди от меня! – шарахнулся таможенник.

Я поставил ящик со змеями на склад мелких грузов в отдельную ячейку – чтобы не перепутали. Не улица, стенки со всех сторон, сквозняков нет, -ничего с ними не случится. Иду в кассу, оплачиваю (по платежке) перевозку и все. Свободен. Сажусь в машину:

     -         Поехали!

Думали с водителем пораньше вернуться («Быстро мы сегодня! - радовался тот), но не тут-то было, где-то на пол дороге машина встала. Кончился бензин.

- Как же так? – удивлялся водитель. – Я же вчера вечером специально заправился. Полный бак!

Водитель был новый и не знал, что нельзя в зоопарке оставлять на ночь машину с бензином в баке. Выкачают.

        Делать нечего. Скинулись, и водитель встал на шоссе с вытянутой рукой. «Бензин продайте».

           Через час удалось достать канистру бензина. Заправились и поехали дальше.

        Уже вечером добрались до зоопарка. У входа нас встречал все тот же старик-вахтер. На гудок водителя вышел из своей будки, посмотрел на нас, и пошел открывать.

        Мы въехали внутрь и старик закрыл за нами ворота.

                                               Журавль

        «Интересно, что меня сегодня ждет?» – думал я на следующий день, идя на работу. Ждал меня разнос. От директора.

        - Ты почему работать отказываешься?! – кричал он. – Или работай, или увольняйся!

-  Что, начальник террариума пожаловался? – спросил я.    

        - Он не жаловался, а сказал, что ты отказываешься его змеями заниматься.

-  Змей я вчера отправил. Улетели.

-  Да?.. А чего он тогда?

-  А это вы у него спросите.

-  Ладно. Потом. – Директор взял со стола листок бумаги. –

      Звонили из южнокорейского посольства. Они нам журавля дарят. – Он протянул мне листок. – Вот тут телефон, ты позвони, узнай, когда за ним в аэропорт ехать.

        Телефон, который дал мне директор, оказался телефоном диспетчерской аэропорта.

        - Журавль прилетает в два часа ночи, - сказала диспетчер. – Вы его сразу заберете?

 - Девушка, никто ночью за журавлем не поедет. Утром заберем.

-  И что, он будет до утра на складе мучиться?

-  Ничего с ним не случится.

-  Вот здесь, со мной рядом, - сказала диспетчер, - корреспондент из центральной газеты, и он просит вам передать, что он – возмущен!

        - Передайте корреспонденту привет, - сказал я и положил трубку.

        Да что они все сговорились – про два ночи?!

     На следующее утро я был в аэропорту. Диспетчер, слава богу, оказалась другая, не та, с которой ругался. А рядом с ней кореец из авиапредставительства, ему в посольстве поручили передать мне даурского журавля.

-  В Сибирь вы его повезете выпускать? – спросил кореец.

-  Куда?!..

Оказалось, журавля передали зоопарку с условием, что мы его отвезем в Сибирь и там выпустим. На волю. А переводчица не поняла. «Эти корейцы по-английски с таким ужасным акцентом говорят!» – жаловалась она.

-  Ладно, - сказал я корейцу, - передам. (Передал).

Довольно быстро получили журавля на складе дипломатических грузов. Очередей там нет.

        На этот раз в зоопарке мне дали крытую машину. Хлебовозку. В нее я и поставил клетку с журавлем. Попрощался с корейцем и уже собирался ехать, когда меня окликнула диспетчер:

-  Вас сейчас просили в зоопарк позвонить. Замдиректора!

-  Змеи прилетают в четыре часа дня из Шри-Ланки, - сказал заместитель директора, - ты их встреть. И постарайся взять прямо с самолета. А то замерзнут.

-  А журавль? Привезти пока?

-  В зоопарке бензина нет, - сказал заместитель, - в аэропорт

вернуться не сможешь. Сиди уж на месте.

        Сижу, жду. Только водителя попросил машину перегнать от склада поближе к аэропорту (два километра). Чтобы на летное поле заехать, когда змеи прилетят.

        Ближе к четырем поднялся на восьмой этаж к авиадиспетчерам – узнать на какую стоянку мой рейс прибывает. В коридоре столкнулся с корейцем, тем самым, что мне журавля передавал. Кореец недоуменно уставился на меня:

        - Журавль? – переспросил я. – А все с ним в порядке. Я его в зоопарк отправил. А здесь я так, по своим делам.

        С журавлем было не все в порядке. – Правое крыло в крови. Разбито. Клетка была слишком просторной и при толчках журавля швыряло от стенки к стенке.

        Я увидел это, когда уже получал змей, мне их передали прямо из грузового люка самолета. Поставил коробку со змеями в кабину. Как всегда, повезу на коленях. Ставить в фургон хлебовозки – для них холодно. Пусть там журавль. «А как он?» Заглянул в фургон. И увидел.

Ты потише езжай, - попросил я водителя. – Журавля побьем.Ехал он действительно осторожней, но все ухабы не объедешь,и, когда в зоопарке мы достали журавля из фургона, у него и голова (там, где хохолок) была в крови. «Надо же, - удивился я, - до самого верха подбросило». Клетка была очень высокая.

        Журавля – ветеринарам, змей – в террариум. На сегодня все.

        Через пару недель встретил знакомого из дирекции, спросил про журавля.

        - Да все с ним в порядке. Крыло не сломано. Раны зажили. Живой.

       -         А в Сибирь его отправлять собираетесь?

-         Да что мы е…сь? – ответил знакомый.

На том и расстались. Вот и все. А больше я про журавля ничего не знаю.

                                               Лёшка     

        А водителя, с кем вез журавля, я потом встретил в зоопарке. Пьяный, корма развозит. Остановился, поздороваться.

        - Обидели меня! Как обидели!! Сами отмечают, а меня послали.

        Это он про остальных водителей, дело было перед 23 февраля.

      -         Людей не подавишь?

      -         Да нет никого в зоопарке.

  Железные изгороди вольер, пустые дорожки между ними.

       Никого.

        - Ну, с праздником тебя! – сказал водитель. И поехал дальше. Машина вихлялась из стороны в сторону.

        Это – Лешка Томилин. Сколько ж я с ним животных перевез!

        Бледное лицо. В старенькой курточке. Тихий. Больше молчал, когда ехали, и только однажды, мы возвращались из аэропорта – снежного барана отправляли, попросил: «Можно, мы на боковую дорогу свернем?» Чего спрашивает? Я ж ему не начальник. «Давай. А надолго?». «Да нет, здесь рядом». Вскоре мы остановились у ворот кладбища.

-  Жена у меня здесь, - сказал Лёшка. – Давно не был.

-  Пошли? – позвал он меня.

-  Да я лучше в машине подожду. Чего мешаться буду?

-  Пошли, пошли, что ты один будешь?

Как в гости зовет. Я вылез из кабины и пошел за водителем.

Ряды крохотных могилок за невысокими оградами. Мы остановились у одной из них.

-  Вот здесь, - кивнул Лёшка.

-  При родах она умерла, - рассказывал он. – И все ведь хорошо было! И на работе, и депутатом ее в райсовет избрали. Гордилась… Как же не повезло бабе! Умерла, а дочка жива осталась. Я сначала оставить хотел в роддоме. А моя родня – Не смей! Поможем. Вот и помогают, я здесь, они – в Рязани. В деревне. Разве что на лето отвезешь отдохнуть.

       -         Больше не женился?

       -         Сразу. На ее подруге. А через два года ушла. Так вдвоем с

дочкой и остались. Двенадцать лет уже. Вот все говорят: молодой, а такой нервный. Будешь тут нервным.

        Он осмотрел могилу. «Надо пластиковой крошкой вокруг посыпать – вон как в соседних. Достану и посыплю».

- Хорошо, что заехали, - говорил Лёшка на обратном пути. – А то все не выберусь. Ничего, теперь почаще.

        А через несколько дней я встретил его на машине, пьяного. Корма развозил.

        Через неделю я зашел в гараж. Очередная поездка. В бытовке за кухонным столом, согнувшись, сидел Лёшка и что-то писал.

-  Привет! Что пишешь?

-  Заявление. Увольняют меня.

-  За что?

-  На двадцать третье загулял. А сегодня только вышел. Завгар мне и говорит: пиши по собственному, а то по статье. Напишу!

        И он опять склонился над столом. Подошли другие водители.

        - Подожди писать, - остановили его. – Куда сейчас пойдешь? Дочь у тебя. – И водители пошли к завгару.

        После разговора с ними появился и он сам, здоровый, широкоплечий, подошел к Лёшке:

      -         Не тебя – дочку твою жалко! Иди, работай.

  И Лёшка поехал со мной в аэропорт.

       -         Как ты? – спросил я его в следующую поездку.

       -         Хорошо. И пить не тянет, - ответил он.

  А через месяц мне дали другого водителя.

      -         А Лёшка где?

      -         Да опять запил. На работу перестал ходить. Завгар сам к

нему домой ездил, а он пьяный, на ногах не стоит. Грязь, бутылки. И дочка его там. Завгар ему сказал: «Три дня тебе даю: не выйдешь на работу – уволим».

        Лешка не вышел.

        В последний раз я встретил его через полгода. В дирекции. Какую-то справку получал. Покачивается. Увидел меня, обрадовался, руку тянет.

      -         Привет, Лешка! Где ты сейчас?

      -         В парке я работаю. Здесь, рядом.

Еще что-то хочет рассказать. А я тороплюсь.

     -         Извини, Лёшка, бегу. В аэропорт ехать надо. Сам знаешь.

     -         Увидимся еще, - сказал мне Лёшка вдогонку.

     -         Конечно увидимся! – ответил я.

                                         Сено

 - Поезжай за сеном, - сказал мне директор, - слонов кормить нечем. И вагонов все нет.

        Вагоны с сеном должны были придти из Смоленска. Еще летом. А сейчас зима. Заказать забыли. Уволился человек, который занимался хозяйственными вопросами, а без него про сено никто и не вспомнил. Спохватились уже зимой, когда из слоновника позвонили:

     -         У нас сено закончилось. Где новое?

     -         Так вагоны должны были придти, - удивились в дирекции.

     -         А вы их заказали?

В первые дни выручил ипподром, а потом отказался – «Самим не хватит». А слоны на одном хлебе сидят. (Несколько лотков круглых буханок черствого хлеба три раза в неделю привозили из соседней булочной). Этого им мало.

        Вагоны с сеном заказали. Но когда они теперь…

        Вот я и еду за сеном. В совхоз, сразу за кольцевой. Там обещали.

        Грузчиков дают и машины с нами поедут. С машинами и вернемся. Не придется, как в прошлом году, с вилами на такси ехать. – На товарной станции (она в городе) сено из вагонов разгружали. Сено увезли, а за нами не приезжают. «Машина сломалась, забрать не можем. Вы на такси возвращайтесь», – сказали мне в зоопарке.

        Стоим у дороги. В телогрейках, с вилами. Такси ловим. А они все мимо и мимо, не останавливаются. «Ребята, - попросил я грузчиков, - вы вилы спрячьте и сами в сторонку отойдите – я один попробую». (Из всех только я был в обычной куртке. Не в телогрейке). Они отошли и вскоре возле меня остановилось такси. Махнул рукой грузчикам – «Садитесь». Пока садились, один из них потихоньку запихнул вилы в багажник. Так в зоопарк и приехали. На такси.

        Водители прогревали машины. А я пошел за грузчиками. Они в слоновнике грелись, у них в бытовке отопление замерзло.

        Узенький проход слоновника, а с обеих сторон через решетку ко мне тянутся хоботы слонов, тыкаются в руки. Теплые, шершавые.              

        Их к нам несколько лет назад привезли, тоже зимой, в январе, прикованных цепями к специальным платформам. На товарную станцию. А оттуда уже в зоопарк. Несколько дней возили. А пока не перевезли, ночью со слонами оставались дежурить сотрудники зоопарка. Мало ли кто ночью на станции шляться будет? Помню рассказ одной сотрудницы:

        - Слон в цепях запутался и подняться не может! Несколько часов пытался встать и только на 16-й попытке ему удалось. Я всю ночь рядом с ним проплакала. Так жалко было!

        - Да ты бы чем плакать, - возмущался потом Сашка-сторожил, - взяла бы палку, да попробовала цепи распутать! Глядишь, он бы не на 16-й, а на 12-й раз поднялся».

        Грузчиков я нашел в комнате зоотехника, рядом с теплой батареей.

        - Поехали, ребята?

        Продуктовый фургон и два грузовика – на них грузчики поедут (в кабинах) и сено обратно повезем. Я – на четвертой – бортовом уазике. Целый караван получился.

        Грузчики сели в машины и мы поехали.

        Багровый закат и снежное поле, на котором копенки. Мы разворошили одну из них. Сено было плохое, с белой плесенью. Но выбора нет. Кое-как набили продуктовый фургон рыхлым сеном (слонам на полдня). Утрамбовывать не было времени.

        - Скорей, темнеет уже – а мы в поле! – Захлопнули фургон и поехали обратно. Вернулись уже в темноте.

        - Сено плохое, - сказал заведующий слоновником, - слоны болеть будут.

        - А что делать, - ответил я, - другого-то нет. Завтра еще привезу.

        Заведующий только рукой махнул.

        Но привозить сено мне больше не пришлось. На следующий день пришли долгожданные вагоны из Смоленска. В зоопарке облегченно вздохнули. И послали меня за медведем.

                                       Медведь из Сингапура

        - Грузчики сено разгружать поехали, - сказал мне замдиректора, - ты уж как-нибудь сам медведя загрузи.

      -         Шестьсот килограмм?

      -         Ну придумай что-нибудь.

И я поехал.

Медведей оказалось два. Второй еще на полтонны.

- А он для цирка, - объяснили мне в зоопарке, когда позвонил. – Но идет через нас. Ты его тоже забери.

        Медведи прилетели из Сингапура. Мы их год назад туда для размножения отправили. И вот теперь обратно.

        Две клетки со стальными прутьями. Моя – шестьсот и вторая на полтонны.На складе аэропорта.

        Выручил погрузчик (кар). Я увидел его неподалеку, на какую-то машину ящики грузил. Подскочил к водителю погрузчика:

        - Помоги! Медведей погрузить надо! В зоопарк везу. Животные третий день в дороге!

        Водитель на погрузчике подъехал к клеткам. Подцепил стальными лапами (две узких серебристых полоски) одну клетку, потом вторую… Крошечный уазик (все остальные машины услали сено возить) аж затрещал от тяжести, но устоял. Привязывать клетки к кузову мы не стали – такая тяжесть не соскочит.

        Когда закончили с клетками, водитель погрузчика выжидательно посмотрел на меня. Я подошел к нему и крепко пожал руку:

-         От имени зоопарка благодарю за помощь!

-         Заплатил бы, командир.

Я развел руками:

-  Извини, мы бюджетная организация. На руки денег не дают. Могу по платежке…

       Водитель молча залез на погрузчик и уехал.

        Привез медведей в зоопарк. Собрали народ из всех секций – выгружать медведя. Кое-как, по доске, спустили клетку с нашим медведем на землю, и оттащили в секцию хищников, выпускать.

        Когда медведь вылез, он оказался в два раза больше своей клетки.

   -         Как же его туда запихнули? – удивились все.

   -         А шерсть! – зоопарковцы так и ахнули. – Чистый-то какой!

   -         Да мыли его там в Сингапуре, - объяснили им.

Зоопарковцы повосхищались и разошлись по секциям. А я пошел в дирекцию.

                                            Находка

        В дирекции никого. Только секретарша в приемной, полная рыжеволосая женщина.

-         Про черепа ничего не прояснилось? – спросил я.

-         Да кто ж это теперь знает! – ответила она.

Черепа убитых людей (пулевые отверстия в затылках) нашли возле дирекции зоопарка. Строили новую вольеру, начали копать землю… И нашли.

Журналисты с телевидения предположили: 37-й год, расстрелы… Но никто не вспомнил о сообщениях времен гражданской войны (о них упоминает А.Солженицын в «Архипелаге Гулаг») – о том, что расстрелянными в Чека людьми в зоопарке кормили животных. По-видимому, найдены подтверждения этим сообщениям. Да и останки убитых людей были зарыты недалеко от львятника, где в зоопарке всегда держали хищников. Тем, кому мясо нужно. Съели и закопали.

        Наверно, надо памятник поставить. Где нашли. Скорее всего, не всех убитых обнаружили. Остальные так и лежат там. Рядом с дирекцией.

        И зоопарк такой памятник сделал. – Построили новую вольеру (на том самом месте) и запустили туда жирафов. Пусть побегают. По врагам-то революции…

      -         А что ж ты хочешь, - сказала секретарь, - да если повсюду

памятники ставить, то хоть зоопарк закрывай. Ведь куда ни копнешь – везде скелеты. Хозблок строили – скелет откопали. Для новой секции котлован вырыли - и там скелеты.

-  Что, тоже, с простреленными затылками?

-  Да нет, эти обычные. Рядом с ними могильные плиты нашли. Здесь же раньше кладбище было. А теперь зоопарк.

        Открылась дверь и в приемную вошел заместитель директора.

        - О! Ты здесь, - обрадовался он. – А я тебя по всему зоопарку ищу. Пошли скорей к директору.

       -         А что случилось? – спросил я.

       -         В аэропорт ехать надо. Гробы прилетели!

 

 

 

        

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить