NIGHT-AND-THE-CITY-1-500

                                                                 Игорь Кецельман

                                                                                      Ночью

        Сквозь листья прорывался свет и на асфальте был виден желтый кружок. Фонарь? Девушка подняла голову. Сверху на нее печально смотрел месяц – желтый камешек. Совсем как солнце, такой же кругленький, только поменьше. – Ночное солнышко! Она наступила ногой на желтый кружок. Прохладно. Нет, не нагрелся асфальт. - «И никакое ты не солнышко! А фонарик, - решила девушка. – И не спорь. А может, ты месяц? Кто же ты? Месяц или солнышко? Что молчишь? Ну и оставайся тогда фонариком. Молчание знак согласия». И она пошла дальше, ступая по желтым пятнам на асфальте, словно по солнечному свету шла, только холодному. Тихо выговаривала новому знакомому: «Спишь, потому и холодное. И молчишь поэтому».

        Так шла девушка летней ночью, по тихому городу, помахивая корзиной с клубникой – ничего, не вывалится, в электричке она хорошо за нее принялась. Хотя, если размахнуться посильнее, ягоды полетят вверх, как искорки от фейерверка, да на нее и просыпятся, и станет она вся в красных пятнах, некрасивая. Фу, не надо! Перестала размахивать корзиной, понесла ее спокойно. И правая рука, в которой несла туфли, тоже остановилась. – Ты-то чего? Махай на здоровье. – Но правая рука присмирела, не хотела одна.

        Девушка посмотрела под ноги, желтые пятаки все так же пробивались сквозь листву деревьев и ложились на асфальт. Подняла голову. Месяц по-прежнему смотрел на нее сверху вниз. – Свысока? Да пусть. – «Не спишь, светишь? И я вот не сплю – одна? А если еще кто не спит, да встретится по дороге, то мне будет очень плохо – слышишь, солнышко? И ничем ты мне не поможешь, хоть и смотришь сверху во все глаза». – «Вон там, впереди, что такое? – осторожно посмотрела. – Вон там». – Нет никого, только тени деревьев на асфальте.

        «Вот и дом – мне сюда. До свидания, солнышко ночное, спасибо, что проводил. Когда еще встретимся. Меня так поздно больше и не пустят. Пока», - махнула ладошкой вверх. Шагнула к подъезду и остановилась. Подняла голову и обиженно – «Почему молчишь, не отвечаешь, когда девушка с тобой говорит? Или ты старенький, дедушка? Солнышко – дедушко. Белый весь. Точно. – Дедушка! Все равно молчишь? Ну ответь! Пожалуйста, пусть случится!» – Молчание да ровный свет. Опустила голову. – «Хватит, подурачилась. Я пошла». Хлопнула дверь.

        И тогда погас месяц, закрылся тучей. Некого стало провожать.

 

 

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить