КОЗАК МАМАЙ

 И УКРАИНСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННОСТЬ

 

                            Часть 1

 

Его образ знаком каждому украинцу, или человеку, хоть как-то интересовавшемуся Украиной. А кто его не знает и никогда не видел, кому его облик ничего не говорит – тот и не украинец вовсе, и может не тратить время на дальнейшее чтение данного текста – оно будет для него попусту потеряно и ничего ему не принесет, никакой положительной информации и никакого «сухого остатка».

Я с детства помню, как, проходя залами и музея имени Шевченко в Киеве, заполненного «шедеврами» соцреализма, вроде обеда хлебопашцев и прочей дряни, вдруг, свернув в очередной полутемный коридор, ты встречался с ним. Он всегда был в стороне от прочей продукции, заполнявшей собою стены музея, и от публики. Один во всем мире. Наедине со своими думами и своей судьбой.

В тяжелые дни Майдана, во время боев на улице Грушевского он всегда был рядом с бойцами Небесной сотни и не покинул своего поста, хотя его, вместе с другими, хотели эвакуировать.

Он – козак Мамай, суть и квинтэссенция украинства и украинскости. И в этом качестве он бессмертен. Он может исчезнуть с лица земли только вместе с этим народом, ибо он и есть этот народ. И даже если суждено будет исчезнуть этому народу, именно образ козака Мамая расскажет будущим поколениям, кто же такие были украинцы.

Существует великое множество портретов этого персонажа, но на всех картинах присутствуют некие знаковые вещи: прежде всего, это конь – куда ж без него козаку-воину ! Это – и средство передвижения по бескрайней степи, и транспортное средство, и боевая единица, так сказать, и, прежде всего друг, без которого его хозяин может быть обречен на гибель от рук врагов. Рядом лежит «пистоля» - пистолет, или «рушныця» - ружье типа мушкета, указывающие на воинскую принадлежность Мамая. На поясе его, или на суку дерева, под которым он сидит,  обязательно висит сабля. Затем, люлька, которую козак курит в минуты отдыха от ратных трудов, в которые его и запечатлел неизвестный художник – релакс, средство отдыха и помощник в думах воина о своем ратном житье-бытье и будущем, которого у него может и не быть. Кобза – украинский народный инструмент, на котором козак поигрывает, задумавшись о своем. И, наконец, чарка, стоящая перед ним. Пощипывая струны кобзы и попивая из чарки, козак, сидя под одиноким, как и он сам, деревом, отдыхает на своем пути из ниоткуда в никуда. Возможно, завтра он будет убит в очередном бою с врагами Украины, но нет на его челе ни тени печали об этом. Сегодня он отдыхает и медитирует в безлюдной степи один на один со своими мыслями, которые выражает в печальной песне-думе.

Да, он всегда один, козак Мамай, как дерево, под которым он сидит. Это странствующий поэт-воин. Один на один с бескрайной Степью и притаившейся где-то в ней опасностью. Его одиночество – экзистенциальное одиночество человека перед бескрайностью пространства и неизбежностью смерти.

Если русские баталисты всегда изображали коллективные сцены войны, то украинский народный гений запечатлел своего героя-козака одиноким.  Это не случайно. И один в поле воин – как тут не вспомнить известную поговорку. Перед лицом смерти все мы одиноки. Мы умираем в абсолютном, трансцендентном одиночестве – хоть на больничной койке, хоть дома в окружении близких, хоть на поле боя.

Но Мамай спокойно принимает неизбежное: умереть за Украину для него такое же естественное дело, как скакать без устали по степи «от свету до свету». Он принимает смерть, как условие своего существования, как часть правил игры. И он спокоен. «Пить будем, гулять будем, а смерть придет – помирать будем». Можно сказать, он презирает смерть, так как она была условием его вступления в ряды козачества. Каждый из приходивших на Сечь знал, что может погибнуть в любой момент.

Одет Мамай всегда хорошо, даже щегольски. Он – настоящий „лыцарь”, как называли козаков современники. В его облике и одежде нет ничего крестьянского. Он – вольный воин, не привязанный ни к какому имуществу, а тем более к земле. Всякий, приходивший на Сечь, должен был публично отречься от привязанности к земле и семье. Желавший жениться и пахать землю должен был покинуть войско.

Сечь имела дипломатические отношения с ведущими дворами Европы и не раз выступала по их приглашению в воинских баталиях на той или иной стороне. Так что россказни российских пропагандистов о том, что Украина не состоялась как современое государство им и оставим. Сечь и была прообразом украинского государства, которому волею судеб, увы, тогда не суждено было состояться.

Козачья старшина не понимала необходимости создания централизованного государства. Каждый новый гетьман перетягивал всю власть на себя. Это происходит в Украине и до сих пор.

Старшина не имела стратегического видения будущего для Украины – она жила прошлым, не имея плана для развития страны. Козацкая Сечь была, несмотря на все мужество ее представителей, глубоко патриархальным институтом. Тем же синдромом страдало и продолжает страдать руководство новой Украины.  Даже лица ее руководителей как будто все списаны с тех самых полотен соцреализма, которые окружали Мамая в прошлом.

Далее, с военной точки зрения, козаки недооценили важность артиллерии, с появлением которой их земляные крепости потеряли какое-либо оборонительное значение. У них была легкая полевая артиллерия, но даже ядра для нее они покупали за границей, либо захватывали у неприятеля в бою. В наше время Украине следует сосредоточиться на совершенствовании ракетной военной техники с целью создания ракетного щита страны, который бы сделал нападение агрессивной соседки либо невозможным в будущем, либо был бы способен нанести такие человеческие потери нападающим, что всякая агрессия потеряла бы смысл.

Украина еще со времен Киевской Руси воевала всегда, причем сразу на два фронта – поначалу против Степи ( здесь достаточно вспомнить „Слово о полку Игореве”), а позже против Польши на западе, крымчаков и турок на юге. Союз с царской Россией был ошибкой, но вынужденной – сил воевать на три фронта по всему периметру страны у Украины не было.

Украинцы – отменные воины.

Козак Мамай жив в каждом из нас – это показали все события на востоке Украины. Путинская авантюра в Донбассе провалилась. И если бы не нерешительность нынешней „старшины”, никакого захвата Крыма не произошло бы.

Козак Мамай и сегодня охраняет нас от набега из Степи. Кто, как не его современные последователи, бросив семьи и мирный труд, пошли воевать, чтобы, как и в былые времена, защитить Украину от нашествия варваров.

С.Тило, 2016г.

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить